АНТОЛОГИЯ СОВРЕМЕННОЙ ПОЭЗИИ  |  АВТОРЫ  |  ПРОИЗВЕДЕНИЯ  |  БИБЛИОТЕКА  |  КОНКУРСЫ ПОЭЗИИ  |  ЛИТОБЗОРЫ
 КОНКУРС ПОЭЗИИ "Пифийские игры II" :  Правила | График | I тур | II тур | III тур | IV тур | Полуфинал | Финал | Итоги | Обзоры | Призеры |
  
КОНКУРС ПОЭЗИИ - "Пифийские игры II"Обзоры

Галина Мальцева : Обзор третьего тураIII тур

Работая в жанре пейзажной лирики, автор становится художником в самом прямом смысле этого слова, только технические средства для отображения действительности у него другие: не краски и кисть, а слово и образ. Не имея возможности полноценно передать все нюансы цвета и света, поэт получает иной бонус: в отличие от картины, в стихотворении реально показать окружающий мир в динамике, а не только запечатлеть единственный миг его состояния. Кроме того, глядя на двухмерное полотно, можно только угадывать, какие мысли и чувства хотел выразить автор, какое настроение собирался передать (хотя в этом-то и состоит чудо общения живописца со зрителем). Для поэта же – художника слова, работающего с пейзажем, существует еще и возможность ярче раскрыть свои личные переживания, рассказать историю любви, поговорить о том, что есть творение и Творец, но исподволь, не громко и не так навязчиво, как в любовном или философском стихотворении.
В восприятии пейзажной лирики не менее чем в других жанрах, важен факт совпадения автора и его адресата, но – не столько во взглядах на мир, сколько в восприятии этого мира. Если этот факт имел место, если у читателя (зрителя) произошел эмоциональный всплеск, а произведение захватило и напомнило о собственных впечатлениях – значит, встреча состоялась.
Технические и художественные возможности автора приобретают здесь особенное значение – пейзаж, написанный человеком, не умеющим пользоваться кистью и не обладающим чувством цвета, не произведет никакого впечатления. С пейзажем не надо спорить, его надо только попробовать пропустить через себя, и, если получится, насладиться им. Но у каждого художника имеется собственная манера письма, свое направление творчества и свои почитатели. Кто-то часами не выходит из зала импрессионистов, кто-то без ума от передвижников, а кто-то не считает картину произведением искусства, если хотя бы один предмет на ней имеет реальные очертания. «Предпочтения – вот истинная в искусстве оценочная школа», - очень точно отметила Дина Рубина. А поэтому самый замечательный пейзаж может оставить кого-то равнодушным – и дело тут не в отсутствии мастерства, а в разнице нашего восприятия мира.
Отдаю себе отчет в том, что не открыла сейчас ничего нового, просто, прежде чем приступать к самому обзору, захотелось нащупать для самой себя ту ступеньку, от которой и буду отталкиваться. Собиралась написать по каждому стихотворению хотя бы несколько слов. По себе знаю, как обидно, когда находишь в обзорах только строчки: «А остальное меня не заинтересовало». Но задача оказалась непосильной, простите…

1. Бузычкин Сергей, Астраханский пейзаж.

Стихотворение понравилось, несмотря на то, что с ритмом и расстановкой слов в предложениях можно и нужно еще поработать – тогда эмоции автора быстрее и легче дойдут до читателя. А стихотворение очень эмоциональное, автор на самом деле любит все то, о чем пишет. Захотелось побывать в Астраханском крае и увидеть грациозного фламинго, попробовать спелый арбуз, услышать раскаты Каспия. Из замечаний – кроме ритма, можно было бы избежать слишком банальных и высоких эпитетов – «гордый орлан», «плещет волна», «отдается в сердцах», «любовь к Отчизне». Предыдущие строчки и так написаны с любовью к своей родине, этого было бы вполне достаточно и без высокопарного вывода. Повторюсь - технически надо доработать.

2. Декабрина, «Ночь. Луна блестит, как блюдце».

Особенно понравился первый катрен, надолго запомнился образ листьев, которые «рвутся из наручников весны» - отлично представляешь себе эти листочки, которые еще не высвободились и не раскрылись до конца. Дальше – еще интереснее, например, вызвал яркие эмоции леший, страдающий бессонницей и пьющий чай из засушенных на зиму васильков. Не только надежды пробуждаются весной, но и страх, сплющенный «гармошкой» на дне оврага… Показалось неточным выражение «медленно сглотнет». Сглатывают слюну, а таблетки глотают или заглатывают. Но это уже придирки. Автору есть, что сказать читателю, он прекрасно владеет словом и с помощью собственных неизбитых приемов замечательно передает атмосферу ожидания и пробуждения в природе.

3. Бродский В. «Чья это боль растеклась облаками по небу?..»

Сначала стихотворение вызвало некое отторжение этим обилием, как показалось, гневных вопросов. Потом я перечитала и осознала, что вопросы эти не гневные, а, скорее философские: автор видит в природе, в устройстве мироздания проявление чьих-то эмоций – боли, муки, падений, слез. Во вступлении я как раз заметила, что философия в пейзажной лирике выгодно отличается тем, что она ненавязчива, не кричит в полный голос. Чего не могу сказать про данное стихотворение… Я прочла его вслух – прозвучало здорово, если не вникать в смысл - декламируется отлично. Пейзажная ли это лирика? Мне кажется, она должна быть тише. Но это – мое личное мнение. В конце концов, в природе случаются и бури, и землетрясения.
Что касается содержания... Придется мне все-таки высказать свой личный взгляд на мир, хотя и не собиралась ни с кем спорить. Я вижу в устройстве мироздания проявление Высшего Разума, Его бесконечных возможностей, удивительное и непостижимое разнообразие Его творений. И даже стихийные бедствия происходят по определенной причине – в природе нет ничего лишенного смысла. Но Высший Разум именно создает мир, а не проявляет в мире собственные страдания. Драматизм определенному пейзажу приписывает поэтически настроенный человек, сравнивая бушующее море с личными страстями, водопад – с лавиной несчастий, или утверждая, к примеру, что небо преисполнено печали. Несомненно, в этих образах есть и смысл, и глубина, и красота. Но автор стихотворения (насколько я поняла текст) считает, что тучи, моря и скалы – это не образы, а реальное проявление чьих-то страданий и боли. Возможно, я все-таки ошиблась, и эти горестные проявления чудятся автору в природе только потому, что таково его собственное настроение: если страдаешь сам, то и все вокруг кажется преисполненным муки. Но если это личное восприятие мира, то от кого автор требует ответа, пытаясь узнать, чьи это страдания, и призывая своего незримого собеседника добиваться того же и кричать? Автор догадывается, что «кто-то ведь знает, кому-то ведь это известно» (кстати, обе части предложения означают одно и то же, хотя, конечно, автор мог просто усилить этим повторением эмоциональность звучания). А потом вдруг следует возглас: «О, неужели мы счастливо жить не могли бы?» Так значит, это наши страдания и муки отобразились в природе? О ком же тогда вопрошает автор в остальных строчках? И, если это и есть ответ на предыдущие вопросы, то почему в конце внезапно появляется новый вопрос – про рябины, словно он не уместился и его напоследок, простите за сравнение, запихнули в чемодан, прежде чем застегнуть молнию?
Как ни странно, больше всего мне легла на душу не слишком хорошо выстроенная фраза: «Чей это лес после бури заломленных рук?» - несмотря на неправильное построение самого предложения, образ заломленных рук после бури в лесу показался мне очень ярким и точным.

4. Макулатура, «Ностальгия».

Давно интересовалась стихами этого автора, и всякий раз натыкалась на противоречия собственного восприятия. В стихах Макулатуры всегда есть яркий, запоминающийся образ, какая-то необычная находка, некий аванс, после которого ждешь – ну вот, сейчас… Обычно это происходит в первом четверостишии, а дальше автор словно роняет собственную планку. В этом стихотворении все произошло несколько иначе (не считая концовки). Первое четверостишие покоробило «замерзшей кровью птиц» - если не брать в расчет жестокость фразы, все равно, у меня так и не получилось представить чью-либо замерзшую кровь в «застиранном до белизны небе» (а вот это, кстати, классный образ!). Ну, это проблемы моего восприятия – я не настаиваю, может быть, кто-то представит. И рифма «птиц – пути» - тоже… показалась не очень хорошей.
А вот второй кантрен мне, как москвичке, показался весьма удачным и точным. Все верно! И звезд на небе не видно, и многолюдно, и сыро, и из дырок на работу бежим («своих же семейных гнезд» - частица «же» по-моему, здесь только для связки, можно бы и не засорять строку).
Третий кантрен. Как и во всех работах этого автора, четверостишие нарочито выбивается из ритма первых двух. Поскольку я уже поняла, что это принципиальная позиция автора, раз он продолжает писать именно так после множества замечаний, не буду акцентировать на этом внимание. Мне последний кантрен показался набором избитых фраз – «прохладу родных земляничных полян» автор поменял на «приятный звон монет», «зашумят тополя», и почему-то «мурашки бегут по намокшей спине». Или две последние строки вообще не связаны между собой, или в них не согласовано время: «зашумят» – в будущем, «бегут» - в настоящем. (Если мурашки должны возникнуть вследствие того, что «зашумят тополя», значит: мурашки «побегут»). Но даже если поставить времена правильно – причинно-следственная связь выглядит не слишком убедительно. Неужели один только шум тополей может вызвать такой эффект, как намокшая спина?
И еще… Сначала я подумала, что автор вообще «до сих пор никогда» не был в Москве, и только после прочтения концовки, осознала – что до этого момента не был, а теперь появился. Но. Раз уж «Ностальгия» - то, как минимум, в Москве уже давно, верно? Что-то опять с временами. Нет, концовка меня не убедила, показалась небрежной.
В любом случае, буду с интересом следить за творчеством этого автора и дальше – равнодушным оно не оставляет.

5. Пайков Валерий «Апрель на пороге».

В прошлом туре, на мой взгляд, у Валерия было более интересное стихотворение.
Мне весенние образы автора не близки, особенно «индейский дурман». «Слабеют колени» - понятно, но про «икры» - не уверена… «В слова превращается прочерк» - этот образ мне показался невнятным. В целом не могу сказать ничего плохого, но… не затронуло. Это только мое восприятие, возможно, кто-то прочитал стих совсем иначе, поэтому не обижайтесь, пожалуйста.

6. Чекина Марина «Весенний дождь».

Ничего нарочито сложного, надуманного, непонятного. Все просто, все ясно. И все замечательно. В стихотворении есть яркая эмоция, образ дождя – веселого, отмывающего землю: «Шурша, дробясь, взбивая грязь, Наискосок, вразлёт…» - просто здорово! Слышишь и видишь этот дождик. И солнце, уже краешком луча вползающее и в стих, и в пейзаж... Строчки Марины всегда создают теплое, светлое настроение, поэтому не хочется их обсуждать, а хочется просто прочитать и порадоваться весеннему дождю.

7. Летнева Татьяна «Березовый дождь».

Положительные моменты: это по-настоящему пейзажная лирика. Татьяна хочет донести до нас свой восторг от березового дождя, и, хотя стихотворение больше описательное, чем эмоциональное, автору по-настоящему веришь. В этом стихотворении, в отличие от предыдущего, взято и рассматривается со всех сторон только одно явление природы. Что касается техники, особенно рифм – не буду даже начинать, а то застряну (взять хотя бы рифмы: серег-берез, листва-семена, дождь-грез). Не понравилось – «березовы сны», и вообще все слова и словосочетания (целых шесть) в кавычках – не поняла, для чего кавычки? Признаюсь, потеряла интерес и перестала воспринимать текст к середине – слишком затянуто. Если укоротить объем как минимум вдвое, получится неплохо. В целом впечатление хорошее - доброе, немного наивное и светлое…

8. Парошин Андрей, «Озеро Возвращенного Меча».

Интересный пересказ легенды. К пейзажной лирике можно отнести, однако, только первое четверостишие.

9. Фелисьон Лара. «Пусть взлетит!»

Чудесное стихотворение – тот самый случай совпадения эмоций, когда я сама оказалась на этом порожке, чувствую запах флоксов, слышу вдали крики пьяной компании, но не обращаю на них никакого внимания - у меня своя сказка, я заворожена ею, смотрю в зачарованное небо… Уверена, когда я в следующий раз, даст Бог, окажусь на августовском пороге, обязательно вспомню это стихотворение. Кое-где, мне показалось, лишние запятые (деревенские пьяные шлюшки), а перед «где» я бы поставила запятую, а не точку.
По замечаниям. «Душу вынуть хочу! Пусть взлетит! Август! Август!» - вот эта строчка, во-первых, выбивается из ритма. Во-вторых, образ взлета души, несомненно, понятен и близок. Но «вынуть душу» - это совсем иное. Душу «вынимают» у нас надоедливые, достающие нас люди – это уже стандартное выражение, которое нельзя трактовать иначе. В итоге получилось нечто физиологическое – душу вынуть, чтобы она взлетела… не очень. Чуть тяжеловаты показались и две первые строчки второго четверостишия.
Но в целом стих замечательный, один из самых запоминающихся на этом этапе.

10. Батраченко Виктор, «Облака плывут, как корабли».

Хороший пример пейзажной лирики, тот самый случай, когда настроение автора тесно переплетено с природой – может быть, об этом сказано слишком «в лоб», но не суть важно. Задумчивое, понятное. В конце возникает надежда на солнце, а значит, и на перемену в настроении. Прочитала легко, с удовольствием. Может быть, не стоило дважды повторять слово «корабли» - но не уверена.

11. Смирнова Светлана, «И нежно-желтый львиный зёв…»

Я всегда думала: «зев», а не «зёв», но утверждать не буду. Стихотворение начинается с «и», значит, продолжается какая-то мысль автора. В целом складно и нормально звучит. Прочитала дважды, но не догадалась вместе с автором, о чем «молчит прогретая земля», и о чем – «об этом» - «молчат тополя». Но автору привиделось – что? «Вековые тайны»? Или что-то еще? Природа, разумеется, полна загадок, но все-таки, что имеет в виду автор: нечто обобщенное или личное ощущение тайны? Разделить эти ощущения с автором не получилось, возможно, потому, что в стихотворении нет ничего, способного вызвать подобные эмоции у читателя. Я не могу сказать, чтобы стихотворение мне не понравилось... Просто… то ли это мне чего-то не достает для его восприятия, то ли автор не смог до конца донести свою мысль. Да, вот здесь нужна запятая: «Нам что-то шепчут две сосны, стрекозы, мимо пролетая» - речь ведь идет о том, что стрекозы тоже шепчут? Иначе непонятно звучит строка. И «кажется» - отделяется запятыми.

12. Колонов Сергей. «Позднее-осеннее настроение».

По-моему, все здорово – не нашла, к чему придраться. Отличные образы, хороший слог. Танец осени, грустный, неизбежный, последний – «без оваций». Понравилось.

13. Игнатьева Татьяна, «Подснежник».

Этот автор тоже берет единственное явление природы – подснежник, и рассматривает его с нежностью, интересом и радостью. Здесь как раз нет ничего лишнего. Эмоция, удивление, ощущение чуда… Отличные образы, все гармонично. Перечитала дважды с возрастающим удовольствием.

14. Любовь Гудкова, «Ушла пора грез…»

Очень зримый образ осени в городе. Простуженное лето сконфужено, тайком покидает парк, город поскучнел, и только елки остаются зелеными. Наверное, в данном контексте оправданно, что автор не видит других красок осени – желтых, красных. Он грустит именно по лету, по зеленому цвету. И понравились неординарные рифмы.
Вот здесь сначала запнулась: «У гуляющих пар город, бетонный костяк обнажив, разом отнимет остатки надежды» - сначала прочитала так, что город обнажил бетонный костяк у гуляющих пар. Потом, разумеется, поняла – вроде все правильно.

Кстати, в этом туре представлено несколько чисто городских пейзажей. Символично, что город то и дело врывается в пейзажную лирику – помнится, у Честертона в «Наполеоне Ноттинхилльском» поэт начинает не фонари сравнивать со звездами, а вместо звезд воспевать фонари. Урбанизация…

15. Сахарова Галина, «Город и осень».

Не знаю, есть ли такой слово – «бытийность». Но я понимаю, о чем хотел сказать автор. Надо знаки препинания кое-где поправить: «спешит неведомо куда, и от вокзалов…» - после «куда». А вот здесь: «на паперти, промокший нищий, ждёт все-объемлющей любви» - наоборот, запятые нигде не нужны.
В целом – есть впечатление от стихотворения. И концовка сильная, только «всеобъемлющей» пишется вместе. Задумалась, чего ждет нищий на паперти. Думаю, он больше о хлебе насущном думает. Но ведь милостыня – это и есть проявление любви к ближнему, так что противоречия нет, а есть более высокий смысл, это цепляет.

16. Ульяна, «Вид из окна».

Мастерски, талантливо написанное стихотворение, очень близкое мне по духу, мироощущению. Весна вызывает двоякое чувство - не только надежды, но и тревогу, беспокойство, и это отлично передано автором с помощью интересных образов: «туманом зашторено утро, «стучится в окошко морзянкой», «на мокром обрывке рассвета», «надломленных линий тщедушье».
Пока еще только «безыскусная проба» пера весны в «забытой стилистике «ретро»... Но душа рвется, «рубашку смиренья срывая…» на обитаемый остров любви. Одним словом – здорово! Придраться совершенно не к чему. Разве что местоимение «ее» в предпоследней строчке можно отнести к последнему существительному женского рода – не к слову «душа», а к слову «рубаху».

17. Темур Варки, «Фламинговый дым».

Прекрасный образец того, как в пейзажной лирике сочетается (очень гармонично) и философия, и закадровая история любви. И при этом не теряется пейзаж – читатель сразу же оказывается вместе с автором на берегу моря, видит закат, золотые купола, «колдующих» с удочками турков. Казалось бы, просто пейзаж «на отдыхе», но… «Грусть настигла меня, как маяк – мотылька…» И читатель тоже испытывает эту закатную грусть, для которой у автора есть свои причины. А вот эта фраза – просто цитата: «Все желания мира хранятся в горсти, Только мало кто рыбку свою отпустил». Над этим хочется задуматься. Киваешь: все верно. Только отпуская – получаешь, только отдавшие – сохранят…
Спасибо автору за чудесный стих. Из замечаний: не очень рифма «ждал - даль», но это в самом начале стихотворения, так что ничего страшного.

18. Maestra, «По лужам шлепает ворона».

Почему-то вспомнилась картина Левитана «Март». Если бы этот шедевр так усиленно не вставляли во все учебники литературы, мы бы смогли по-настоящему оценить его прелесть.
В этом стихотворении чудо тоже рождается из простых вещей: ворона прыгает по лужам, дурея от мартовского солнца, стучит капель, чернеет дорожка… Легкое, воздушное, ничем не перегруженное стихотворение, коротенький эскиз, зарисовка на полях, настолько замечательно-весенняя! А пегая лошадка, с которой сравнивается март, создает детское восприятие мира. Дочка прощается со снегом… На мой взгляд, идеальное стихотворение, чудесный пейзаж акварелью. Нежный, добрый, прозрачный. И очень запоминающийся.

19. Затакт, «Слепок мира».

Даже не знаю, что сказать. Технически стихотворение написано неплохо, только первая строка последнего четверостишия выбивается из ритма.
Пытаюсь поймать смысл. Пейзажная лирика? Не смотря на военную и жесткую терминологию в описании мира – да, пейзаж здесь присутствует… Автор хочет с его помощью донести до читателя свою философию, свой взгляд, он замахивается на «Слепок мира». Пытаюсь хотя бы попробовать посмотреть на мир глазами автора. Видимо, речь идет об агрессивном состоянии мира, точнее, о постоянном его пребывании в войне – «И солнцем с кровью кашляя неловко, Последний май взошел с обрыва в ров. Ребенок-бог играется винтовкой». Или я ошиблась и речь идет о чем-то ином? Признаюсь, что стихотворение мне не близко. Возможно, я не сумела правильно расшифровать авторские образы, но душа их не приняла.

20. Валентина Криш, (*** в мире бетонных крыш).

По-прежнему могу испытывать перед работами Валентины только восхищение и восторг. Стихотворение захватывает читателя с первых же строчек и ведет за собой, не отпуская. Оно - про ветер, ветер в городе, в мире бетонных крыш. В нескольких четверостишиях автор создает целую драматическую историю. Это не статическая картинка, а динамическое «кино» - зримый, яркий образ движения. В нем есть главный герой – ветер здесь не просто явление природы, он – личность. (Мне очень близок антропоморфизм в искусстве, в очередной раз вспомнился любимый Чюрленис, могу легко представить себе картину в его исполнении с тем же названием). Ветер уже отслужил, отлетал (вЫлетал свое), и вот у него кончились силы, он в панике ищет пристанища, из последних сил пытаясь спастись, проникнуть в дом, но – «вой, не вой…» И я уже слышу буйство, метания и стихающие порывы ветра у себя за окном…
У истории трагический, но очень тихий конец: «Ветер - бескрыл и рыж - в пёстрой лежит листве». И понимаешь, что, наверное, не только и не столько о ветре это стихотворение… И замираешь на последней его ноте, и долго еще слышишь ее у себя в душе, после того, как музыка строк отзвучала. Вот здесь – настоящий природный драматизм, который перекликается с нашим восприятием мира, тонкий, не нуждающийся в агрессивных фразах и поэтому не вызывающий отторжения, только задумчивую печаль. Ловлю себя на мысли, что попытка выразить Поэзию словами у меня в который раз провалилась.
Достаточно было сказать одной фразой: великолепный образец пейзажной лирики и проявления поэтического таланта в целом.

21. Раджабов Тимур «Утешение зиме».

Признаюсь сразу в своем почтении к автору. А этому стихотворению особенно порадовалась – в отличие от многих других замечательных работ Тимура оно выглядит достаточно просто, здесь не надо читать дважды, вдумываться в каждую строчку и расшифровывать образы. Но образы эти и яркие, и новые, и понятные одновременно. В небольшом стихотворении уместился весь круговорот природы. Обожаю закольцованность в стихах. Я бы, конечно, с удовольствием прочитала у Тимура и какой-то более «узкий» пейзажный стих, из таких, как он мастерски умеет писать – точный, всесторонний анализ составляющих одной эмоции или предмета. Но вот это детское «Мама! Зима!» - подкупило и сделало обобщающее все сезоны стихотворение очень личным и трогательным. Единственный вопрос – стоило ли примешивать поэтов? Ведь речь и в начале, и в конце идет о детском восприятии? Некоторые сомнения вызвал образ накрученной на бигуди неги зимы. Ведь весной нега зимы исчезнет, а накрутить на бигуди – не значит уничтожить или растворить (принимая во внимание чисто женское знание процесса). Но, может быть, образу есть разъяснение – мне было бы интересно его услышать. (Да, кое-где надо поставить запятые в обращении, а кое-где – двоеточие вместо тире, ну, да это быстро поправимо)))
В общем, мои ожидания от этого автора полностью оправдались: яркое, запоминающееся стихотворение, удачные и оригинальные находки.

22. Ворошилов Сергей, «Городской пейзаж».

Мимо стихов Сергея, разумеется, пройти невозможно. Собственно, завершить обзор стихотворением этого автора – большая удача. Во-первых, я считаю С.Ворошилова одним из лучших пейзажистов сетевой литературы. Во-вторых, это стихотворение – идеальный образец пейзажной лирики в моем представлении. Им можно было бы заменить все мои беспомощные попытки рассуждать на тему этого жанра в начале обзора.
Итак, настоящий городской пейзаж – это раз. Настоящая живописная картина – это два. Настоящая философия – три. Получилась интересная «матрешка»: во-первых, Сергей рассматривает эту картину, как зритель, во-вторых, сам рисует ее – уверенными, яркими мазками. Это не описание города, это – раздумья о нем, точные и глубокие. Автор находит истинную сущность города и нас, его жителей, раскрывает его и нашу «извечную страсть к макияжу», буффонаду, ненатуральность, попытки приукрасить себя и скрыть истинное лицо.
В таком контексте как раз совершенно правомерен и вопрос автора: «Кто художник?», как попытка понять этот мир и смысл происходящего в нем. И задумываешься: мы ли создали этот город, или это он создает нас такими, как мы есть?
Не представляю, какие могут быть замечания. Под каждым образом готова подписаться. Собственно, выдирать цитаты бесполезно – каждая строчка достойна цитирования, поэтому привожу целиком – вдруг кто не прочитал?

Городской пейзаж

Новый день, новый взгляд на живой вернисаж.
В серых красках до боли знакомый пейзаж,
Столь родной и привычный в рутине...
Перед пропастью будней, застыв на краю,
Я с тоской по фрагментам наш мир узнаю
В нарисованной кем-то картине.

Здесь, сдавив магистралью сады, как рукой,
Прижимаясь к реке воспалённой щекой,
Дремлет город, обкуренный дымом.
Он, замотанный грязным шоссейным бинтом,
Отравляя окрестность оплеванным ртом, -
Пьяный клоун в неоновом гриме...

Он людей одиноких дитя и каприз,
Их тщета без любви воссоздать парадиз,
Их извечная страсть к макияжу...
Здесь деревья вцепились в чугунную вязь,
Здесь девчонка-подросток, фальшиво смеясь,
Предлагает себя на продажу.

Кто художник, создавший пейзаж городской,
Где скелеты мостов над унылой рекой,
Где бомжи продают незабудки,
Где тиранит торговку находчивый страж,
Где, отвергнув свободу, вписались в пейзаж
Попрошайками дикие утки?

   

 
   
 
© "Многоточие..." 2005-2020